записки краеведа

На главную...

ДОСКА ПОЧЁТА

Архангельский фонд Поиск

Имена из солдатских медальонов

Рабоче-Крестьянская Красная Армия

Вести ДОСААФ

Текст с сайта -=WWW.1942.RU=-

ПО МЕСТАМ БОЕВОЙ СЛАВЫ
А.П.КАНДРАШОВ

В плане работы по военно-патриотическому воспитанию учащихся Сычевской средней школы видное место занимают походы по местам боевой славы. В них вместе со школьниками как правило, участвуют бывшие воины и партизаны. Благодаря походам учащиеся узнали, например, историю партизанского движения и подполья в своем районе, записали устные рассказы о борьбе советских патриотов с оккупантами, а также собрали экспонаты для школьного музея.

Но особенно много поучительного, интересного узнали школьники во время похода по местам сражений на бывшей линии фронта, пролегавшей с августа 1942 по март 1943 года по рекам Гжати и Вазузе. Сейчас здесь ведется строительство Вазузской гидросистемы. Скоро многие деревни, красующиеся на берегах этих рек, будут переселены, а на их месте разольется Вазузское водохранилище. Под водой окажутся и места былых сражений. Тем с большим сознанием своего долга следопыты посещали все лежащие на их пути населенные пункты, беседовали с местными жителями, усердно исследовали заросшие травой и кустарником окопы, траншеи и блиндажи, фотографировали их, наносили на карту. Все хотелось запечатлеть, сохранить в памяти.

Изучение линии фронта, проходившей по Гжати и Вазузе, мы начали с поселка Карманово Гагаринского района. Первым долгом навестили Павла Григорьевича Ларченко — ветерана 312-й стрелковой дивизии, входившей в 20-ю армию.

Сам Ларченко — уроженец Брянской области. Но еще до войны его семья переехала в Сибирь, на Алтай. Оттуда он ушел на фронт. Боевое крещение принял под Кармановом в августе 1942 года. Жаркое было сражение. Враг огрызался огнем и металлом, стремясь во что бы то ни стало удержать перекресток дорог, прикрытый лесами, — важный рубеж для нового броска на Москву. Специальные команды гестапо прибыли сюда, чтобы ни один немецкий солдат не отступил...

И все же наши бойцы после ожесточенных боев за деревни Прилепы и Никольское 18 августа приблизились к Карманову, а 23 августа ворвались в него. Завязался бой за каждый дом.

Текст с сайта -=WWW.1942.RU=-
Павел Григорьевич Ларченко, бывший тогда сержантом, наводчиком 371-го отдельного истребительного дивизиона, показал следопытам место, где стояло его орудие, из которого он прямой наводкой бил по фашистам. Многих земляков-сибиряков потерял здесь Ларченко, десять товарищей из своей деревни похоронил...

Шли годы, а память о первом боевом крещении не ослабевала. И вот в 60-х годах приехал Павел Григорьевич из Сибири в Карманово, чтобы поклониться праху односельчан. Приехал и... остался здесь навсегда. И дом поставил на том месте, где стояло его орудие.

Ларченко рассказал следопытам о своих товарищах по оружию — воинах 312-й стрелковой дивизии, прошедшей с боями до самой Эльбы. Рассказал и о том, что на всем боевом пути дивизии гремела песня, сложенная ее воинами:

Мы Прилепы, Никольское брали,
За Карманово храбро дрались.
Вражьи танки на воздух взлетали,
Вражьи «юнкерсы» падали вниз.
Припев:
Вперед, Смоленская, непобедимая,
Грудью вставшая за наш народ.
В боях окрепшая, неустрашимая,
Шагай на запад, смелей вперед.

После Карманова следопыты посетили Прилепы, Никольское и Субботино. Местные жители показали им, где проходила линия фронта. Ребята нанесли ее на карту.

В трех километрах от Субботина, вниз по течению Гжати, находится деревня Степанцово (Синичино). Здесь жил ветеран этой же 312-й стрелковой дивизии, участник боев - на Гжати Владимир Алексеевич Костенков. Бойцом дивизии он стал в августе 1942 года, когда наши войска, форсировав Гжать, освободили его родную деревню. Здесь Костенков сражался до марта 1943 года. Деревня была сожжена, и он часто наведывался на свое родное пепелище. Однажды, находясь тут, он увидел плачущего красноармейца, что на фронте нечасто случается. Выяснилось: красноармеец только что похоронил своих товарищей-сибиряков, погибших от вражеского артобстрела. Уцелел один он, и не выдержало солдатское сердце... Владимир Алексеевич пригласил красноармейца посидеть на кирпичах — единственном, что сохранилось от жилья. «От моей деревни ничего не осталось, — пояснил Костенков. — Но, как видишь, я держусь. И ты держись. Слезами горю не поможешь...»

Владимир Алексеевич часто ходил в разведку по знакомым местам. Однажды в деревне Сорокино разведчики, проводником которых был он, добыли немецкого «языка», за что командование объявило всем им благодарность...

И вот следопыты держат курс на Ярыгино — село, за которое тоже велись кровопролитные бои.

В долине Гжати ребята увидели высоко поднятый кран экскаватора: это на бывшей линии фронта прокладывалось русло канала. Канал начинается от Гжати и тянется к Яузе, которая протекает близ Карманова. Идя по берегу Гжати, следопыты сверяли по карте населенные пункты. Многих из них не оказалось разрушены фашистскими захватчиками.

Тяжело было слушать рассказы местных жителей о зверствах оккупантов.

Вот что рассказал Алексей Степанович Нечаев — старожил села Ярыгина:

— Неподалеку от нашего села находилась деревня Подмошица. В январе 1942 года в эту деревню проникли советские разведчики. В то же время сюда нагрянули гитлеровские обозники и давай по избам шарить. Наши разведчики быстро расправились с ними. Но вскоре опять заявились фашисты. Они выгнали всех жителей на улицу, потом построили стариков и подростков в один ряд. Из этого ряда вытолкнули 19 человек и тут же расстреляли...

Не щадили фашисты и раненых советских воинов. В августе 1942 года в деревне Колокольне, которая тоже недалече от нас, они захватили в плен 20 раненых красноармейцев, положили их рядом на дороге и пустили по ним танки...

В ту пору Нечаев был подростком, он тоже не избежал горькой участи: гитлеровцы бросили его в лагерь, а мать расстреляли. Из лагеря он был вызволен в сентябре 1943 года наступавшей Красной Армией.

Далее по намеченному маршруту следопытов сопровождали ветераны Великой Отечественной войны однополчане Виктор Васильевич Кирсанов, приехавший по нашему приглашению из Московской области, и Тихон Артемьевич Харченко, живущий в Сычевке.

— Вот здесь 7 августа сорок второго, на рассвете, под прикрытием тумана, я с двадцатью автоматчиками из 415-й стрелковой дивизии переправился на левый берег Гжати, — вспоминает В. В. Кирсанов, глядя на мирно журчащую реку. Через нее курсирует паром. А в августе 1942 года здесь была танковая переправа. Глубокие колеи, выбитые танками, пушками и тягачами, видны и поныне. Они тянутся низиной к деревням Ворогушино и Подзаозерье.

Следопыты поднялись на левый берег Гжати и осмотрели бывшие укрепления гитлеровцев — блиндажи, траншеи, железобетонные огневые точки. На земле они повсюду увидели позеленевшие либо почерневшие от времени гильзы, винтовочные патроны. А что это за куски расплавленного камня, слитки земли? Это следы ударов наших «катюш» — гвардейских минометов — по фронтовой полосе гитлеровцев.

В деревне Антоново (Подберезье), тоже находящейся вблизи Ярыгина, ветеран войны Иван Иванович Буканов дополнил воспоминания Кирсанова и Харченко. Вот что услышали от него следопыты:

— В августе 1942 года наши войска, быстро форсировав Гжать, освободили Антоново. А со стороны деревни Гусаки прорвались советские танки. Немцы подтянули артиллерию. В бой ввязались вражеские танки и самолеты. Наступление наших войск на Сычевку приостановилось; заняв оборону на захваченных рубежах, бойцы 354-й и 415-й стрелковых дивизий при поддержке 2-го гвардейского кавалерийского корпуса сражались, не щадя своей жизни.

Текст с сайта -=WWW.1942.RU=-
Вот еще один рассказ:

— Жители села Ярыгина помнят: наши бойцы, закрепившиеся на захваченном плацдарме, в районе Гончаровского ручья, уничтожили до десятка вражеских танков. Они горели, и черный дым заволакивал всю местность.

В последних числах августа немцы все же потеснили наши войска и вновь захватили Ярыгино. Линия фронта пролегла за околицей села. Вражеские самолеты с утра до вечера бомбили овраги и спуски к Гжати. Но красноармейцы стояли насмерть. В боях тех дней здесь участвовали многие местные жители: Александр Павлович Бабуров, Александр Демидович Демидов, Николай Семенович Титов, Александр Васильевич Тысячин и Николай Дмитриевич Шаров, который за форсирование Дуная в 1944 году получил высокое звание Героя Советского Союза.

На пути дальнейшего ознакомления следопытов с бывшей линией фронта возникла деревня Олькино.

— Деревня эта знаменательна тем, что вблизи нее переправлялись через Гжать вброд конники 2-го гвардейского кавалерийского корпуса под командованием генерал-майора В. В. Крюкова, — вспоминал Кирсанов. — Конники сыграли в августовских боях на Гжати и Вазузе большую роль. Именно с их помощью войска 354-й и 415-й стрелковых дивизий прочно закрепились на захваченных рубежах и стойко держали оборону до решительного часа наступления в феврале — марте 1943 года.

— И вот еще чем знаменательно Олькино, — продолжал Кирсанов. — От брода мимо огородов этой деревни шла единственная дорога к населенным пунктам Бурдово и Романове, где проходила линия обороны 415-й стрелковой дивизии. Подступы к переправе были заминированы, — ведь немцы неоднократно пытались отбить ее у нас. А переправа через водный рубеж — это дорога жизни передовой. Благодаря ей наши бойцы бесперебойно получали боеприпасы и продовольствие. Проходившая через минное поле дорога была известна лишь ездовым и бойцам, охранявшим ее.

Следопыты с интересом узнали, что охрану дороги несли автоматчики взвода, которым командовал Виктор Васильевич Кирсанов.

— В те жаркие дни сражений, — говорил Виктор Васильевич, — Олькино было сожжено, лишь чудом уцелела одна избушка.

Ныне той избушки давно уже нет и в помине. На пепелище ровными рядами выстроились добротные дома.

Повстречалась женщина, опирающаяся на костыли. Это Анна Ильинична Хорькова. Она помнит события 1942 года, помнит переправу и минное поле, подбитые вражеские танки на косогоре, за деревней...

Между Олькином и Черниковом Гжать делает подковообразный изгиб, в центре которого крутой обрыв, свойственный глубокому оврагу. Закрытое с трех сторон углубление надежно защищало наших воинов от вражеских снарядов и бомб. Блиндажи здесь строились в несколько ярусов, один над другим. За это крутобережье на изгибе Гжати бойцы в шутку называли «Шанхаем». Тридцать лет назад здесь не было ни кустика. Теперь же все покрывают дикие заросли ольхи, крапивы, лесного дудника.

Углубившись в заросли, следопыты обнаружили блиндажи.

Они действительно располагались ступенчато. Многие из них разрушились от времени, но сохранились углубления и брустверы.

— Вот здесь размещались штабы батальонов 1321-го полка 415-й стрелковой дивизии, поодаль от них — блиндажи других служб, — пояснял Кирсанов. И вдруг лицо его просияло. — А это вот окоп моих автоматчиков.

Этот окоп находился на самом краю «Шанхая». В нем бойцы отдыхали после ночных вылазок.

А что там, километрах в двух от Гжати, у деревень Бурдово и Романово? Какие-то березовые рощицы?

— Здесь были окопы наблюдательного поста нашего полка, — пояснил Кирсанов, и удивился: —Действительно, как разросся березник... А на противоположном берегу — кустики такие же, какие были и прежде...

Прежде, в августе 1942 года, из таких же вот кустиков били прямой наводкой по вражеским танкам наши зенитные пушки...

У деревни Хреново река Гжать впадает в Вазузу. Отсюда следопыты направились по левому берегу Вазузы в сторону д. Хлепень. Здесь, от Хлепня до устья Осупи, в ноябрьские и декабрьские дни 1942 года было главное направление удара 20-й армии Западного фронта в помощь Сталинграду. Когда на Волге окружили немецкую группировку Паулюса, Гитлер намеревался снять с московского направления до 12 дивизий и бросить их на выручку Паулюса. Чтобы не дать возможности снять с Ржевско-Сычевского выступа ни одного гитлеровского солдата, и была советским командованием разработана эта операция на Вазузе. По опубликованным воспоминаниям военачальников и по рассказам непосредственных участников этих событий В. В. Кирсанова, В. Ю. Волкова, Б. Г. Прохоренко, а также по архивным материалам Министерства обороны СССР нам удалось воссоздать картину ожесточенных боев на Вазузе на подступах к Сычевке осенью и зимой 1942 года.

25 ноября 1942 года после мощной полуторачасовой артподготовки в прорыв устремились части 247-й стрелковой дивизии и 148-й отдельной стрелковой бригады из 8-го гвардейского стрелкового корпуса. Им сходу удалось форсировать Вазузу и занять плацдарм на ее левом берегу севернее Хлепня. 148-я бригада овладела д. Пруды, а 247-я дивизия — д. Зеваловка. Для развития успеха на участке прорыва к железной дороге Ржев — Сычевка были введены другие части 8-го гвардейского стрелкового корпуса, а на следующий день — подвижная группа Западного фронта в составе 6-го танкового и 2-го гвардейского кавалерийского корпусов. Следом за ними наступала 1-я гвардейская мотострелковая Московская дивизия. В результате был расширен плацдарм за Вазузой до дд. Аристово и Никоново. В этих боях понесли большие потери обороняющиеся немецкие 78-я пехотная и 5-я танковая дивизии 9-й армии.

Но враг по железной дороге быстро подтянул от Сычевки и Ржева свежие силы, и прорыв наших войск захлебнулся.

28 ноября в бой ринулись конники 20-й (командир полковник П. Т. Курсаков) и 3-й гвардейской (полковник М. Д. Ягодин) кавалерийских дивизий из 2-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала Крюкова. Громя немецкие дозоры между Подосиновкой и Малым Кропотовом, они перерезали железную дорогу. Немцы подтянули бронепоезда и 9-ю танковую дивизию— прорыв конников был закрыт. Оказались в окружении за железной дорогой и танкисты 6-го танкового корпуса, которым, в связи с болезнью генерал-майора А. Л. Гетмана, в ноябрьских боях командовал полковник И. И. Ющук. Конники 20-й кавдивизии ло приказу командования Западного фронта с помощью партизан отряда «Родина» прошли рейдом по тылам противника и вышли из окружения на Калининском фронте. Танкистам был дан приказ прорываться назад через линию железной дороги. Прорыв возглавил комбриг 200-й танковой бригады Герой Советского Союза подполковник В. П. Винокуров. 30 ноября, пробиваясь через д. Большое Кропотово, Винокуров, находившийся в головном танке, погиб- Остальные танки вышли из окружения. Тяжелораненого командира корпуса Ющука вынес на себе, выходя из окружения, боец Овчинников.

Особенно ожесточенные бои разгорелись на подступах к дд. Жеребцово, Подосиновка, Малое и Большое Кропотово, которые располагались на господствующих высотах и прикрывали с востока железнодорожную линию Ржев — Сычевка. Эту линию необходимо было перерезать и соединиться затем в районе Холм-Жирковского с войсками Калининского фронта, окружив ржевскую группировку войск. Бои шли каждый день. Деревни ло нескольку раз переходили из рук в руки. Это было острие главного удара 20-й армии. Образовалась подковообразная дуга с основаниями в Хлепне и устье реки Осуги, впадающей в Вазузу. На левом фланге дуги, на хлепенской круче, стояла высокая церковь, служившая немцам наблюдательным пунктом, с которого хорошо обозревалась вся долина. 150-й отдельной стрелковой бригаде было приказано во что бы то ни стало овладеть д. Хлепень. Попытки штурмом в лоб захватить хле-пенские кручи, обрывающиеся к Вазузе, были безуспешными. Тогда комбриг И. М. Подберезин разработал хитрый план. В ночь на 29 ноября 100 добровольцев-автоматчиков, разделившись на три отряда, должны были под покровом ночи и пурги овладеть церковью, а затем и деревней. 50 автоматчикам под командованием ст. лейтенанта политрука Я. Н. Габова предстояло незаметно подползти к церкви, вскарабкавшись по обледенелой круче, и штурмом овладеть ею, а двум другим — по 25 человек — отвлекать внимание немцев и производить шум. Операция была проведена успешно. Смельчаки Габова заняли в церкви круговую оборону, продержались до 1 декабря и на рассвете следующего дня вместе с батальонами бригады освободили Хлепень, улучшив наши позиции на левом фланге и ликвидировав важный наблюдательный пункт врага.

От Хлепня следопыты пришли в д. Аристово, которая тогда располагалась в центре долины, названной бойцами Долиной смерти. Мы поднимаемся на Жеребцовский бугор, расположенный в километре от Аристова в сторону железной дороги. Бугор распахан и повсюду на поле видны осколки снарядов и мин, остатки оружия и частей от танков. А ведь прошло уже более 30 лет со времени проходивших здесь сражений. Мы рассматриваем остатки вражеских укреплений на господствующих высотах Жеребцова, Большого и Малого Кропотова: обвалившиеся окопы, большие заросшие кустами канавы, в которых были вражеские дзоты и двухэтажные блиндажи. Тут проходила главная линия немецкой обороны, отстоявшая от Вазузы на 5—6 километров. На западном берегу реки у немцев были окопы для сильного боевого охранения. Позади главной линии обороны, проходившей по господствующим над местностью высотам в виде подковообразной дуги от Большого и Малого Кропотова, Жеребцова, Юровки, Благуши до Хлепня, у самого полотна железной дороги, находилась вторая линия обороны. Наши части вели наступление в невыгодных для них условиях, когда по всей долине господствовал кинжальный огонь. К тому же по железной дороге курсировали вражеские бронепоезда, которые могли быстро подбрасывать свежие силы и закрывать прорывы, образованные нашими войсками. И тем не менее гитлеровские войска были здесь перемолоты, враг не смог перебросить с ржевско-сычевского выступа ни одной дивизии, а наоборот, вынужден был перевести сюда до двенадцати дивизий, которые так нужны были в это время лод Сталинградом.

Наши части также понесли большие потери. Обескровленные, они были 8 декабря выведены в резерв, а их место заняли новые, в том числе 5-й танковый корпус, 30-я гвардейская, 336, 243, 415-я стрелковые дивизии и другие.

11 декабря 1942 года началось новое наступление 20-й армии. Оно, как и ноябрьское, в стратегическсом плане имело целью оказать помощь в успешном завершении Сталинградской операции, а в тактическом — ликвидировать ржевскую группировку гитлеровских войск и 15 декабря освободить Сычевку.

Сигналом к наступлению был залп «катюш» и сотен орудий по вражеским позициям. В центре прорыва — на Малое Кропотово — после артподготовки ринулись танки 6-го танкового корпуса, на Подосиновку — танки 5-го танкового корпуса и полки 243-й стрелковой дивизии. На правом фланге — на Большое Кропотово — вела наступление 20-я танковая бригада Резерва Главного командования совместно с 336-й стрелковой дивизией. На левом фланге — на Жеребцово — наступала 18-я танковая бригада РГК при взаимодействии с 247-й стрелковой дивизией. 9-я гвардейская танковая бригада с полками 247-й дивизии устремилась на Юровку. 12 декабря в бой возле Малого Кропотова были введены полки 30-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майора А. Д. Кулешова при поддержке 6-го танкового корпуса и конников 2-го гвардейского кавкорпуса. Наступление поддерживали 392-я и 510-я гаубично-артиллерий-ские и 46-й гвардейский артиллерийский полки, два дивизиона «катюш» М-13 и три дивизиона «катюш» М-30. Уже только простое перечисление участвовавших в этой операции войск говорит о грандиозности битвы на Вазузском плацдарме.

Исключительную храбрость проявили в этих боях бойцы и командиры. Однако огневая система гитлеровцев снова подавлена не была, так как обратные склоны высот не просматривались. Неся большие потери, наши части залегли на подступах к кропотовским и жеребцовским высотам на совершенно открытой низине. Танковые бригады и некоторые полки проявляли чудеса храбрости и стойкости. Три наших танка из 5-го танкового корпуса неожиданно для немцев оказались у самой Сычевки, сея смерть и панику среди фашистов. 13 декабря больше десятка орудий 63-го гвардейского артполка 30-й гвардейской стрелковой дивизии неожиданно для немцев появились неподалеку от вражеских позиций напротив Малого Кропотова, а на следующее утро начали бить прямой наводкой по фашистским блиндажам и танкам. Попытки немцев уничтожить наши орудия не принесли успеха, несмотря на атаки танков, огонь артиллерии и контратаки вражеской пехоты. Гвардейцы стояли насмерть. 14 декабря в бой за Малое Кропотово вступила 415-я стрелковая дивизия и вместе с частями 30-й гвардейской дивизии овладела окраиной этой деревни, захватив шесть блиндажей. Но враг подбросил по железной дороге свежие силы, и наши части снова отошли. На левом крыле прорыва — на Жеребцово и Подосиновку на штурм высот пошли батальоны 5-й мотострелковой бригады 5-го танкового корпуса. Виктор Васильевич Кирсанов — ветеран этого корпуса — собрал много материала о танкистах. Ребята попросили его подробно рассказать о боевом крещении корпуса в Долине смерти. Вот что он поведал им:

— Как только батальоны 5-й мотострелковой бригады поднялись в атаку, ожили многочисленные огневые точки противника. Атака вот-вот могла захлебнуться. Командир бригады подполковник Скрипка принимает в сложной обстановке единственно правильное решение: штурм! Первыми поднялись коммунисты и комсомольцы, они увлекли за собой всех бойцов. Впереди наступавших с пистолетом в руке бежит командир 1-го батальона подполковник Огневой. Ворвались в Жеребцово. Схватка завязалась в траншеях и блиндажах. Погибли комбат Огневой и его заместитель капитан Юшков. На помощь 1-му батальону спешит 3-й, который ведет майор Зыренков, и бой разгорается с новой силой.

На правом фланге, в Подосиновке, ведет бой 2-й батальон под командованием подполковника Гашкова. Комбат смертельно ранен. Командование принимает его заместитель старший лейтенант Дитюк, впоследствии ставший Героем Советского Союза. Слышатся призывные возгласы комиссара Николаева. Он в гуще боя, там, где особенно трудно...

Вражеские танки с десантами автоматчиков на броне стремятся зайти в тыл наших войск. В единоборство с ними вступает рота ПТР, которой командует лейтенант Затанин. Натиск врага отбит...

Героически сражается артиллерийская батарея под командованием коммуниста Ковалева, который только что сменил убитого командира. Батарея под огнем танков и пехоты. Ее обстреливают пушки и пулеметы бронепоезда, курсирующего по линии Ржев—Сычевка. Ковалев тушит возникший на батарее пожар и ведет прицельный огонь по танкам. Уже шесть вражеских бронированных машин запылали от метких попаданий наших снарядов.

Пехота вновь устремляется вперед. Теперь 3-й батальон поднимает и ведет в атаку политрук Колотое, увлекая бойцов личным примером, и тоже погибает. Группу красноармейцев возглавляет рядовой Баранов. Впереди четыре вражеских дзота. Баранов ранен. Ранены многие бойцы. И все же они упорно продвигаются вперед и заставляют замолкнуть вражеские пулеметы. Уничтожает огневую точку лейтенант Белявский и сам погибает в рукопашной схватке...

Наши войска овладели Жеребцовом и Подосиновкой, заняв все укрепления противника... Волнующий рассказ!

Текст с сайта -=WWW.1942.RU=-
На краю Аристова зеленеют березы, заботливо посаженные местными жителями на братском кладбище, где покоится прах более пяти тысяч советских воинов, павших смертью героев. Здесь же возвышается скромный обелиск. Следопыты возложили к его подножию цветы, а затем наведались в Жеребцово, за которое, по словам В. В. Кирсанова, наши воины провели 76 атак — 76 смертоносных схваток с гитлеровцами.

От Жеребцова путь следопытов пролегал через деревню Сидорово на Сычевку. Именно по этому пути войска 31-й армии наступали в марте 1943 года, освобождая Сычевский край от оккупантов.

Восьмого марта, на рассвете, пехотинцы 919-го стрелкового полка 251-й дивизии первыми ворвались в Сычевку.

«...В районе железнодорожной станции и кладбища завязались бои. Немцы опирались здесь на развитую систему оборонительных сооружений... Когда наши части приблизились к северным и северо-восточным окраинам Сычевки, немцы срочно-подтянули к району боев до 8 новых минометных и артиллерийских батарей. В ходе боев за Сычевский плацдарм враг понес крупные потери. Некоторые гарнизоны его опорных пунктов были полностью перебиты...» Так собщалось в корреспонденции «Как была взята Сычевка», опубликованной 9 марта 1943 года в газете «Известия».

Из рассказов ветеранов 31-й армии нам известно, что в первых числах марта 1943 года в решающих боях за Сычевку отличились многие солдаты и офицеры частей и соединений, входивших в эту армию. Ветераны поведали, например, о том, как старший сержант 251-й сд тов. Мингазов на подступах к городу уничтожил из своего автомата 60 вражеских солдат и офицеров. Он одним из первых ворвался в Сычевку. Местные жители сообщили ему, что фашисты собираются взорвать большой деревянный мост через реку Вазузу. Возглавив группу автоматчиков, Мингазов бросился к мосту, застрелил немецкого офицера, руководившего действиями фашистских минеров, и предотвратил взрыв. Благодаря решительным действиям старшего сержанта Мингазова наши части получили возможность пользоваться мостом и без остановки преследовать противника.

В боях за Сычевку, кроме 251-й стрелковой дивизии (командир генерал Б. Б. Городовиков), отличились 30-я гвардейская стрелковая дивизия (генерал А. Д. Кулешов) и 150-я отдельная стрелковая бригада (подполковник И. М. Подберезин).

За успешные бои и освобождение Сычевского плацдарма 919-й стрелковый полк был удостоен наименования «Сычевский». Благодарные жители города подарили освободителям знамя, на алом полотнище которого местные женщины вышили такие слова: «919-му Сычевскому стрелковому пехотному полку 251-й стрелковой дивизии от граждан г. Сычевка». Делегации горожан вручила это знамя полку I мая 1943 года на переднем крае обороны, проходившем близ Дорогобужа. Воины хранили его рядом с полковым знаменем. Ныне оно находится в музее Советской Армии...

Походы по местам боевой славы, которые проводят следопыты Сычевской средней школы, являются уроками мужества.


"Материалы по изучению Смоленской области" - Выпуск 9 (стр. 175-192) - "Смоленский областной краеведческий музей" - Издательство "Московский рабочий" 1976г.

 

Идея, дизайн и поддержка:
Александр Царьков,
ИскателЬ © 1988-2019

TopList